pargentum

ivanov_petrov
2006-02-15 06:43 am UTC (ссылка)

Сегодняшняя [таксономия] - это научная? Лучше - в каком смысле? От этого зависит ответ. Сегодняшняя произошла так: жила-была народная таксономия Европы, правда. с сильным влиянием античных книг, так что флору средней европы учили по греческим образцам... Ну, детали. А потом, с эпохой путешествий и открытий, пошел вал незнакомых трав и зверей. и их надо было втиснуть. Собственно, из этой задачи и развилась современная классификация: некая локальная таксономическая традиция постаралась вобрать в себя глобальный материал. получилось то, что имеем.

(Ответить)(Уровень выше)

А вообще, в постинге там излагается старая классификация наук на натурфилософию и естественную историю. Прямо-таки горячий привет от "Теории и истории" Мизеса.

Очень правильная классификация. Натурфилософ исследует, как оно бывает. Ставит воспроизводимые опыты и ищет универсальные закономерности. Естественный историк изучает, как оно получилось, то есть исследует результаты одиночных невоспроизводимых событий (видообразование, выветривание горы и т.д.). Натурфилософические результаты для естественного историка - примерно как мизесианское понимание для историка неестественного, необходимый познавательный инструмент. Если химик говорит, что путем выветривания из гранита не может образоваться известняк - значит, известняк в этой горе появился каким-то другим способом. Наобот, данные естественной истории не могут опровергнуть натурфилософские законы: если известняк и гранит в горе залегают рядом, это никак не может быть доказательством, что одно может образоваться из другого. И еще наоборот, натурфилософские методы к естественноисторическим задачам неприменимы. Нельзя поставить воспроизводимый эксперимент по горообразованию.

Беда Любарского-биолога в том, что он запутался в вопросе, чем же занимается биология. И на основании того, что натурфилософские (позитивистские) методы познания не работают на естественноисторических задачах, разочаровался в позитивизме и в научной методологии вообще.

А вот из этого разочарования проистекает настоящая беда Любарского - социогуманитарного мыслителя.