О национализме в понимании КОХов
Apr. 5th, 2004 02:59 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
pargentum"Нация - субъект конфликта в большом времени". Собственно, тут не один прикол, а целый букет.
Во первых, если мы считаем субъектом не всякое существо или вещество, способное к целенаправленному поведению, а только способное к целеполаганию, т.е. обладающее свободой воли в строгом смысле этого слова, то конфликт, вообще говоря, не предполагает субъекта. Конфликт может быть и между двумя автоматами - например, между двумя эзернетными адаптерами, подключенными к одному хабу.
Кстати, интересный вопрос - если уж мы определяем нацию через конфликт, и в "большом времени" одновременно происходит несколько конфликтов, почему не может быть так, что одни и те же люди принимают участие в разных конфликтах в составе разных наций? Но это так, интеллектуальное упражнение, впрочем, подчеркивающее важный момент - что так понимаемая "нация" и этнокультурная общность - это не только разные (что Холмогоров признает открытым текстом) но и, возможно, никак не связанные между собой явления.
А вот более интересный вопрос - это то, что так понимаемый национализм по сути своей конфликтная идеология, он предполагает наличие конфликта - а на практике, обычно, его создание, в том числе и там, где никакого конфликта-то (или, во всяком случае, конфликта, требующего всеобщей мобилизации) и не было. В частности, конфликты, которые могли бы быть разрешены на основе простого здравого смысла или в правовом поле (что мобилизации не требует, в крайних случаях могла бы быть полезна демонстрация готовности к такой мобилизации) националистам обязательно надо перевести в силовую плоскость. В этом смысле, восприятие национализма КОХов как идеологии насилия и войны вполне оправдано - причем часто складывается впечатление, что насилие и война имеет для них самостоятельную, финальную ценность
Особенно интересны в этом смысле попытки Крылова под маской национализма организовать вполне марксистсткий, "классовый" конфликт русских с русскими, объявив одну группу социоэкономических слоев "русскими", а другую - враждебными "россиянами", и натравив первых на вторых. Любопытно также то, что эта попытка не мешает ни его единомышленникам, ни самому Крылову постоянно апеллировать к 87% "паспортных" русских граждан РФ (из которых не меньше половины - враждебные "россияне" или могут быть объявлены таковыми).
В принципе, я это уже отмечал - что национализм и социализм в значительной мере (если не в основе своей) представляют собой попытки апелляции к традициям общинной самообороны в условиях, когда обороняться не от кого. Это позволяет националистам получить чрезвычайные полномочия.
Отдельный и действительно интересный вопрос - зачем националистам это нужно. Решение этого вопроса имело бы огромные практические последствия - так, если бы удалось дать националистам то, что им действительно надо, не подвергая опасности свободу, жизнь, здоровье и имущество честных граждан, это, наверное, было бы огромным достижением. Впрочем, если самоописание многих из националистов как желающих власти любой ценой соответствует действительности (такое желание может, например, быть продиктовано подростковым травматическим опытом, когда девушки националисту не давали, предпочитая иметь дело с обладателями более высоких позиций в альфа-иерархии, а со взрослыми девушками националист так и не научился иметь дело), то случай действительно тяжелый.
Во первых, если мы считаем субъектом не всякое существо или вещество, способное к целенаправленному поведению, а только способное к целеполаганию, т.е. обладающее свободой воли в строгом смысле этого слова, то конфликт, вообще говоря, не предполагает субъекта. Конфликт может быть и между двумя автоматами - например, между двумя эзернетными адаптерами, подключенными к одному хабу.
Кстати, интересный вопрос - если уж мы определяем нацию через конфликт, и в "большом времени" одновременно происходит несколько конфликтов, почему не может быть так, что одни и те же люди принимают участие в разных конфликтах в составе разных наций? Но это так, интеллектуальное упражнение, впрочем, подчеркивающее важный момент - что так понимаемая "нация" и этнокультурная общность - это не только разные (что Холмогоров признает открытым текстом) но и, возможно, никак не связанные между собой явления.
А вот более интересный вопрос - это то, что так понимаемый национализм по сути своей конфликтная идеология, он предполагает наличие конфликта - а на практике, обычно, его создание, в том числе и там, где никакого конфликта-то (или, во всяком случае, конфликта, требующего всеобщей мобилизации) и не было. В частности, конфликты, которые могли бы быть разрешены на основе простого здравого смысла или в правовом поле (что мобилизации не требует, в крайних случаях могла бы быть полезна демонстрация готовности к такой мобилизации) националистам обязательно надо перевести в силовую плоскость. В этом смысле, восприятие национализма КОХов как идеологии насилия и войны вполне оправдано - причем часто складывается впечатление, что насилие и война имеет для них самостоятельную, финальную ценность
Особенно интересны в этом смысле попытки Крылова под маской национализма организовать вполне марксистсткий, "классовый" конфликт русских с русскими, объявив одну группу социоэкономических слоев "русскими", а другую - враждебными "россиянами", и натравив первых на вторых. Любопытно также то, что эта попытка не мешает ни его единомышленникам, ни самому Крылову постоянно апеллировать к 87% "паспортных" русских граждан РФ (из которых не меньше половины - враждебные "россияне" или могут быть объявлены таковыми).
В принципе, я это уже отмечал - что национализм и социализм в значительной мере (если не в основе своей) представляют собой попытки апелляции к традициям общинной самообороны в условиях, когда обороняться не от кого. Это позволяет националистам получить чрезвычайные полномочия.
Отдельный и действительно интересный вопрос - зачем националистам это нужно. Решение этого вопроса имело бы огромные практические последствия - так, если бы удалось дать националистам то, что им действительно надо, не подвергая опасности свободу, жизнь, здоровье и имущество честных граждан, это, наверное, было бы огромным достижением. Впрочем, если самоописание многих из националистов как желающих власти любой ценой соответствует действительности (такое желание может, например, быть продиктовано подростковым травматическим опытом, когда девушки националисту не давали, предпочитая иметь дело с обладателями более высоких позиций в альфа-иерархии, а со взрослыми девушками националист так и не научился иметь дело), то случай действительно тяжелый.
