![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
pargentumПрочитал по наводке ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
belan "Экономические беседы" Яременко.
Нечеловеческой силы текст. Самая сила заключается в том, что дядька написал совершенно противоположное тому, что намеревался, вместо этакой "реалистичной апологии" социализма получилось... ой, не знаю, это просто читать надо и словами автора повторять.
Военные суперведомства стали работать в автономном режиме. Если задачу военного противостояния принять как рациональную, то их деятельность решению этой задачи уже не отвечала. С рациональной точки зрения вопрос должен был стоять так: каков наиболее адекватный ответ на очередной технологический вызов Запада? Но фактически он так уже не стоял. Продолжалось бессмысленное с военной точки зрения наращивание производства танков и всевозможной другой боевой техники, неадекватной новой военно-технологичес кой обстановке.
Таким образом, я вижу два основных фактора кризиса. Первый - гонка вооружений - это чисто экзогенный фактор. Второй, с моей точки зрения, был внутренним. Конечно, это гипотеза, ее надо проверять, но меня не оставляет ощущение, что в военно-промышленных структурах сложился свой собственный механизм воспроизводства, бюрократического воспроизводства. Ясно, что первоначальный импульс давали шедшие с Запада технологические инновации. Если за рубежом создавалось что-то новое, мы немедленно начинали разрабатывать это у себя. Сначала эти вновь возникавшие производственные структуры были маленькими, затем они росли, потом происходило резкое их расширение, своего рода взрыв. Было бы очень интересно проследить эволюцию этих структур, их зарождение и экспансию. Мне кажется, что как раз в тот момент, когда смысл их существова ния утрачивался, экспансия становилась самой большой. Они начинали размножаться, создавая себе уже искусственное пространство для роста.
- В предыдущих беседах я, пожалуй, высказался не вполне точно, говоря об абсолютном доминировании военно-промыш ленных приоритетов. Дело в том, что предпочтение отдавалось не только им, но и, так сказать, развитию общей экономической мощи страны. Отсюда развитие производства цветных металлов, качественной стали и т.п. Эти производства работали на упреждение потребностей оборонного комплекса, но прямых связей с его развитием тут не было, а были некие стандарты экономичес кой мощи, характеризующиеся наличием современных видов материалов, энергетики и т.д. Другими словами, в экономике существовали некоторые направления так называемого технического прогресса, работавшие на упреждение спроса со стороны оборонной промышленности. Я бы сказал, что существовал некий технологический образ современного государства, который и поддерживался безотносительно к каким-то реальным конечным экономическим нуждам.
Например, если помните, выдвигалась идея создания всеобъемлющих сетей связи, гигантских всесоюзных сетей передачи информации. Это была совершенно шизофреническая идея, но она осуществлялась в широких масштабах. (самое удивительное, что идея - в том виде, в каком ее пытались осуществить - действительно была шизофреническая).
Технократические идеи, с одной стороны, подкармливались психологией соревнования со странами Запада, а с другой - часто казались спасительными, разрешающими наши внутренние противоречия. Попытка с помощью технократических решений выйти из этих противоречий была проявлением некоей внутренней потребности в чуде. Возможно, сами руководители в правительстве, будучи технократами, всерьез относились к подобным идеям. Как бы то ни было, но главной причиной появления глобальных технократических рецептов стало усиление кризисных ситуаций в стране и отсутствие каких-либо перспектив их преодоления.
Возможно, причины не совсем разумного подхода к реформе коренятся в самих законах существования управленческого аппарата, который должен был создавать иллюзию прогресса там, где его не было, прибегая в нужный момент к его имитации. [] Я уже говорил, что это нельзя объяснить чисто экономичес кими факторами (например, порядком инвестирования), скорее всего тут проявляются некие законы управления тоталитарной системой, требующие имитации действий, прогресса и поддержания надежды на чудо. Я не могу назвать той области знаний, которая бы адекватно и достаточно четко описала историю экономических решений в период, предшествовавший перестройке. (Интересно, Паркинсона он читал? По моему у Паркинсона это все описано вполне адекватно и достаточно четко)
belan "Экономические беседы" Яременко.Нечеловеческой силы текст. Самая сила заключается в том, что дядька написал совершенно противоположное тому, что намеревался, вместо этакой "реалистичной апологии" социализма получилось... ой, не знаю, это просто читать надо и словами автора повторять.
Военные суперведомства стали работать в автономном режиме. Если задачу военного противостояния принять как рациональную, то их деятельность решению этой задачи уже не отвечала. С рациональной точки зрения вопрос должен был стоять так: каков наиболее адекватный ответ на очередной технологический вызов Запада? Но фактически он так уже не стоял. Продолжалось бессмысленное с военной точки зрения наращивание производства танков и всевозможной другой боевой техники, неадекватной новой военно-технологичес кой обстановке.
Таким образом, я вижу два основных фактора кризиса. Первый - гонка вооружений - это чисто экзогенный фактор. Второй, с моей точки зрения, был внутренним. Конечно, это гипотеза, ее надо проверять, но меня не оставляет ощущение, что в военно-промышленных структурах сложился свой собственный механизм воспроизводства, бюрократического воспроизводства. Ясно, что первоначальный импульс давали шедшие с Запада технологические инновации. Если за рубежом создавалось что-то новое, мы немедленно начинали разрабатывать это у себя. Сначала эти вновь возникавшие производственные структуры были маленькими, затем они росли, потом происходило резкое их расширение, своего рода взрыв. Было бы очень интересно проследить эволюцию этих структур, их зарождение и экспансию. Мне кажется, что как раз в тот момент, когда смысл их существова ния утрачивался, экспансия становилась самой большой. Они начинали размножаться, создавая себе уже искусственное пространство для роста.
- В предыдущих беседах я, пожалуй, высказался не вполне точно, говоря об абсолютном доминировании военно-промыш ленных приоритетов. Дело в том, что предпочтение отдавалось не только им, но и, так сказать, развитию общей экономической мощи страны. Отсюда развитие производства цветных металлов, качественной стали и т.п. Эти производства работали на упреждение потребностей оборонного комплекса, но прямых связей с его развитием тут не было, а были некие стандарты экономичес кой мощи, характеризующиеся наличием современных видов материалов, энергетики и т.д. Другими словами, в экономике существовали некоторые направления так называемого технического прогресса, работавшие на упреждение спроса со стороны оборонной промышленности. Я бы сказал, что существовал некий технологический образ современного государства, который и поддерживался безотносительно к каким-то реальным конечным экономическим нуждам.
Например, если помните, выдвигалась идея создания всеобъемлющих сетей связи, гигантских всесоюзных сетей передачи информации. Это была совершенно шизофреническая идея, но она осуществлялась в широких масштабах. (самое удивительное, что идея - в том виде, в каком ее пытались осуществить - действительно была шизофреническая).
Технократические идеи, с одной стороны, подкармливались психологией соревнования со странами Запада, а с другой - часто казались спасительными, разрешающими наши внутренние противоречия. Попытка с помощью технократических решений выйти из этих противоречий была проявлением некоей внутренней потребности в чуде. Возможно, сами руководители в правительстве, будучи технократами, всерьез относились к подобным идеям. Как бы то ни было, но главной причиной появления глобальных технократических рецептов стало усиление кризисных ситуаций в стране и отсутствие каких-либо перспектив их преодоления.
Возможно, причины не совсем разумного подхода к реформе коренятся в самих законах существования управленческого аппарата, который должен был создавать иллюзию прогресса там, где его не было, прибегая в нужный момент к его имитации. [] Я уже говорил, что это нельзя объяснить чисто экономичес кими факторами (например, порядком инвестирования), скорее всего тут проявляются некие законы управления тоталитарной системой, требующие имитации действий, прогресса и поддержания надежды на чудо. Я не могу назвать той области знаний, которая бы адекватно и достаточно четко описала историю экономических решений в период, предшествовавший перестройке. (Интересно, Паркинсона он читал? По моему у Паркинсона это все описано вполне адекватно и достаточно четко)
