В 94м, однако году

[pargentum]

Ехал я в электричке в город. Или наоборот, из города, уже не помню.

Заходит чувак с пачкой газет и начинает ее рекламировать со словами: "правда об октябрьских событиях". Говорит несколько фраз, потом откуда-то из середины вагона раздается детский голос: "А программа есть?". И дружный хохот вагона.

Чувак стушевался и исчез.

Вообще, в октябре я как раз впервые почувствовал, насколько Москва чужда всем остальным, остальной России. Основная реакция на события, которую я слышал - огородить их там колючей проволокой в пять рядов и пусть они друг с другом воюют. Даже не все соглашались беженцев выпускать.